Буря в стакане воды

Буря в стакане воды
Аналитика

19 ноября 2010, 15:32
Гипотетическая сентенция челябинского губернатора во время рабочего визита в Нязепетровск спровоцировала шумиху в интернет-пространстве, печатных и электронных СМИ Свердловской области.

phototimes_13161769.jpgВ двух словах суть этого одностороннего конфликта… в двух словах. Эти слова — «должны платить». Во время рабочей поездки в Нязепетровск в первых числах октября губернатор Челябинской области Михаил Валериевич посетил Нязепетровское водохранилище, из которого ежегодно порядка 8 млн кубометров воды откачивается для нужд Свердловской области. Мысль о том, что неплохо было бы получать с соседа за эту воду деньги, которые «были бы нелишними» для Нязепетровска, которую Юревич и озвучил, выглядит одновременно и абсурдной, и логичной (в зависимости от точки зрения). Другое дело, что, несмотря на некоторую категоричность губернаторского резюме (а челябинский губернатор, к удовольствию журналистов, умеет быть категоричным), руководством к действию оно не стало. Никто не кинулся выставлять счета. Губернатор ограничил собственную категоричность указанием выяснить, есть ли законодательная возможность побудить Свердловскую область платить за пользование водой. Соответствующие министерства и ведомства Челябинской области не менее категорично ответили, что оснований таких нет, и собственно на челябинском правовом и информационном пространстве никто воду в ступе толочь не стал. На нет и суда нет.

Мутна водица — не попить, не отмыться

Зато есть пересуды, которые начались чуть ли не во всех СМИ Екатеринбурга и Свердловской области, а также в Интернете. Интонационной особенностью информационной «бомбы» стало «справедливое официальное возмущение», напоминающее по риторике сообщения центральных СМИ о взаимоотношениях России и Белоруссии. Выражалось оно в заголовках такого рода: «Власти Челябинской области считают справедливым брать плату с Екатеринбурга за перекачку воды из Нязепетровского водохранилища», «Челябинск больше не хочет поить Екатеринбург бесплатно», «Южный Урал может выставить Екатеринбургу счет за питьевую воду» и тому подобное. Комментарии официальных лиц добавляли в эмоциональный кипяток публикаций флер необходимой компетентности. Так, вице-мэр Екатеринбурга Константин Крынин сообщил, что челябинские претензии властям Екатеринбурга известны, носят они полуофициальный характер и «разговоры ведутся на уровне правительств двух регионов». Для простого обывателя это означало, что претензии таки есть и того гляди оставит жестокосердный южный сосед, захлебывающийся своими водными богатствами, без глотка воды родной город. Звучали и более информативные и рассудочные официальные комментарии. Так, пресс-секретарь главы Екатеринбурга Константин Пудов сообщал журналистам: «Большая часть населения Нязепетровска трудоустроена на екатеринбургском МУП «Водоканал». Это предприятие является мощным инвестором для города. Мало того, мы оплачиваем энергетикам затраты, связанные с транспортировкой воды из Нязепетровского водохранилища в Екатеринбург, в размере около 1 млн руб. в день. Если они откажутся от взимания платы за свои услуги и будут содержать предприятие и водохранилище на своем балансе, то есть выкупят его, мы готовы будем платить за воду». Из чего, опять-таки для нормального обывателя, не обремененного знанием Водного кодекса, следовало, что гипотетическая возможность обложить Екатеринбург водным оброком у Челябинска есть.

Стоило ли воду мутить?

На территории Челябинской области сегодня насчитывается порядка 377 водохранилищ, предназначенных для хозяйственного водоснабжения городов и сел. Суммарный объем воды в них составляет около 3 км³. Одно из самых крупных — Долгобродское водохранилище на реке Уфа. Ниже по течению от него и построено Нязепетровское водохранилище объемом в 153 млн м³ действительно для снабжения водой города Свердловска. Правда, во времена Советского Союза, когда и представить было невозможно, что Свердловск превратится в Екатеринбург, а регионы когда-нибудь начнут что-то делить. В наши дни все, что касается использования водных ресурсов, достаточно конкретно регламентируется Водным кодексом РФ и Положением о разработке, согласовании и утверждении правил использования водохранилищ. Так, в части 1 статьи 8 Водного кодекса «Право собственности на водные объекты» четко сказано: «Водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 настоящей статьи». Водохранилища, являясь, по сути, стратегическими объектами, никакого отношения к водным объектам, допущенным к приватизации, не имеют. Существует также перечень водохранилищ, в отношении которых разработка правил использования осуществляется для каждого водоема в отдельности, и Нязепетровское водохранилище в этот перечень входит. В этих случаях подробнейшим образом прописываются весь регламент использования водных ресурсов, квоты, лимиты, сроки и т. д. В соответствии с этими нормативными документами никаким образом ни Челябинская область, никакая другая не может взимать с кого бы то ни было плату за воду. Это федеральный ресурс, на откачку которого Правительством РФ устанавливается лимит. В данном случае — для Екатеринбурга. И о том, что никакой мытарской угрозы Челябинск не представляет, прекрасно знают и муниципалитет Екатеринбурга, и руководство МУП «Водоканал», в ведении которого и находится гидроузел Нязепетровского водохранилища. Более того, пять лет назад налоговые органы Челябинской области делали попытку получить «водяную» копеечку, но первый же суд (а затем и апелляционный) все расставил по местам. Словом, все споры возникли на пустом месте. К чему же такой прессинг в прессе? Что-то вроде попытки дополнительно присолить океан.

Особенности российского ньюсмейкерства

Желание Михаила Юревича найти возможность получить дополнительные деньги для депрессивного Нязепетровска, конечно, было высказано им весьма неосторожно, но тем не менее и реакция официального Екатеринбурга, и кампания в тамошней прессе оказались явно неадекватными, словно в стакан воды с лихвой сыпанули негашеной извести. Во-первых, все, что касается ЕМУП «Водоканал», давно находится под пристальным вниманием прессы. Так, в марте этого года уходит в отставку его руководитель Талгат Адуллин. СМИ связывают этот уход с перспективой получения «Водоканалом» 4, а то и 5 млрд руб. из федерального бюджета. Якобы распоряжаться этими деньгами должен другой человек. Денежная подоплека отставки муссируется прессой основательно и смачно. Еще одна пресс-тема — возможная приватизация «Водоканала» и коммунистическая решимость депутатов Госдумы «отстоять, не дать, спасти». Тоже есть что обсудить. И, наконец, немного о погоде. Дело в том, что вся информация СМИ, связанная с водоснабжением Екатеринбурга, этим летом приобрела некий сакральный характер: засуха, маловодность местных источников, майский сброс воды из Ново-Марьинского водохранилища (наряду с Волчихинским основной источник питьевой воды для Екатеринбурга) привели к настоящему водному кризису. С сообщений, подобных фронтовым сводкам, начинался каждый выпуск новостей в теле- и радиоэфире. Прогнозировалось увеличение тарифов, режим экономии для предприятий и прочие прелести обезвоживания городского организма. Нязепетровский водный резерв, использовавшийся доселе сезонно и в ограниченных количествах (в силу своей дороговизны: на перекачку ежедневно тратится до 1 млн руб.) пришлось «распечатать» до срока. В июле мэр Екатеринбурга Аркадий Чернецкий отправляет своего вице в ревизионную поездку на Нязепетровский каскад. С ним, как положено, отправляется кортеж из десятка автомобилей с журналистами. О Нязепетровске узнал каждый екатеринбуржец, в СМИ его называли «последней надеждой», телевизионные каналы радовали картинками необычайно красивых пейзажей. Словом, за прошлое лето Нязепетровск стал таким свердловским! И тут нате, откуда ни возьмись появляется челябинский губернатор с золотоордынскими претензиями! Неофициальная реакция, как и следовало ожидать, была круче и официальной, и уже упомянутой химической — «накипело». Накипь, дурно попахивая, всплыла в комментариях к публикациям в Интернете и на форумах. Давнее соперничество уральских городов и столичные амбиции северян вылились в реплики, которые могли бы стать украшением любого экстремистского сайта. Вот лишь несколько отзывов к заметке о «претензиях» южноуральского губернатора с одного из екатеринбургских новостных сайтов (www.e1.ru, сохранено авторское правописание): szCerber: «Сократить с МУПа всех челябинцев, поставить туда екатеринбуржцев, пусть пухнут с голоду!»; Esm+: «яб отправила нязепетровцев домой от нас... особенно одну нязепетровочку))) погуляла деваха хорошоооо и пошла б домой уже»; Патриот Свердловской области: «А я против экспансии челябинцев на нашу землю. Таджики, узбеки... ладно еще. Они претендуют на места, куда в основном местные жители идут с неохотой (уборщики, дворники, стройка). Но челябинские мигранты это просто кошмар! Они хотят получать такую же зарплату и должности, что и МЫ! В итоге коренное население остается без работы. Вам что свою область развивать влом? Хоть визовый режим блин вводи»; Посох: «Да блин когда же наконец гражданская то начнётся… а то у меня патроны ржаветь начали...».

Это только малая доля высказываний, которые бумага стерпит. Большая часть связана с лексикой, которую можно назвать общеупотребительной, но назвать ее потребной нельзя при всем уважении к величию и могуществу русского языка и всем его междометиям. А вначале, как это заведено, было слово. Потом слово за слово, и вот уже вода — не вода, а оксид дейтерия. Вода тяжелая и опасная.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter