Двухгрушевая опера

Двухгрушевая опера
Аналитика

24 марта 2011, 13:38
В отличие от Грушинского целостность бренда «Ильменский фестиваль авторской песни» независимо от обстоятельств гарантирована от раскола.

Grusha_07.jpgУ этого конфликта уже есть история. Правда, не такая славная, как у предмета конфликта, но довольно громкая и неприятно режущая слух, как визг рвущихся гитарных струн. Яблоком раздора в этом совсем немузыкальном споре стала «Груша». Так часто между собой называют Грушинский фестиваль все, кто когда-либо имел хоть какое-то отношение к авторской песне и КСП. Не вдаваясь в подробности истории самого фестиваля авторской песни им. Валерия Грушина, по-пробуем разобраться в истории товарно-творческих отношений вокруг него.

Действующие лица и исполнители

Одна сторона конфликта: ЗАО НПФ «Мета», НП «Фестивальный парк», НП «Творческое объединение «Самарские барды», некоммерческая организация «Фонд «Фестиваль авторской песни им. Валерия Грушина». Для простоты — «старая Груша».

Вторая сторона конфликта: Самарский областной клуб авторской песни им. Валерия Грушина (он же Грушинский клуб), для простоты — «новая Груша».

Авторы и исполнители: лауреаты 35 Грушинских фестивалей, легенды авторской песни и начинающие барды. К ним взывают.

Слушатели: многотысячная аудитория Грушинского фестиваля. Ее делят.

Администрация Самарской области. У нее просят денег на «настоящий Грушинский». Естественно, и те, и другие. Она недоумевает и переживает за областной бренд, которым стал для Самары фестиваль.

СМИ. Дают возможность конфликтующим сторонам вынести сор из избы и ругаться публично, переходя на лица со свойственной бардам сентиментальной элегичностью.

Спонсоры. Считают зрительское поголовье, справедливо оценивая таким образом эффективность поддержки бренда. Бизнес очень щепетилен в вопросах торга, особенно если речь идет о «духовном».

Либретто

2006 год. Рассвет на Мастрюковских озерах. Фестивальная поляна в 33-й раз встречает его романтичным шепотом на берегу, усталым гитарным перебором и просветленным до циничности похмельем. Общий карнавальный настрой Грушинки позволяет расслабиться и распустить галстук, но организаторы уже напряжены, хотя и производят впечатление людей с абсолютной неспособностью вцепиться ближнему в глотку. Это был последний «мирный» фестиваль имени, которое никто не рвал на части. С этого момента три организации — «Мета», «Фонд «Фестиваль автор-ской песни им. Валерия Грушина» и ТО «Самарские барды» — проводят фестиваль на старом месте (отсюда «старая Груша»), а Грушинский клуб решает проводить свой фестиваль на Федоровских лугах (отсюда «новая Груша»).

«Мы делили апельсин...

...много нас, а он один». Но апельсин-то дольками. Хватило и для ежа, и для ужа. А груша — фрукт, трудно делимый на части. Особенно если ее рвать. Причина разрыва, как пытаются убедить конфликтующие стороны, не имеет ничего общего с коммерцией, — все участники сплошь и рядом некоммерческие партнерства и некоммерческие организации, кроме ЗАО НПФ «Мета», владеющего правом аренды земли на Мастрюках. Организаторы «старой Груши» обвиняют организаторов новой в том, что в последние годы «фестивали начали утрачивать высокое нравственное начало, присущее авторской песне», в коммерциализации, гибридизации бардовской песни с уголовной феней, попсой, роком и т. д. Организаторы «новой Груши», в свою очередь, настаивают на необходимости идти в ногу со временем и новым поколением. При этом каждая сторона обвиняет противоположную во всех грехах фестивальной поляны — от кришнаитских бубенчиков до пьянства и наркомании. Однако многочисленные арбитражные суды не рассматривают иски о неуважении и не определяют, кто из спорящих больший мизерабль.

Фестиваль и коммерция.

Высокие отношения

Отстаивать собственную творческую концепцию можно и без вмешательства судебных инстанций. Каждый со своей кочки. А вот что касается кочки... Вопрос о земле в полном соответствии с известным декретом так и остается наиважнейшим. Фестивальная поляна на Мастрюковских озерах в течение нескольких десятилетий являлась тем местом, что свято и пусто не бывает. Сегодня ею владеет «Мета» («старая Груша»). А торговая марка Грушинского фестиваля запатентована Грушинским клубом («новая Груша»). Такой разрыв привел бренд к потере целостности, что в конечном итоге может стать ¬угрозой его обесценивания. При всем при том сам Грушинский фестиваль независимо от какого бы то ни было маркетинга стал якорным брендом, способным продвинуть любой другой. Об этом в одном из интервью сказал патентный поверенный, адвокат Вадим Усков, отстаивающий права «новой Груши»: «...в одно и то же время, в одном и том же месте, ежегодно, независимо от погоды и настроения кого-либо в стране или от власти, президента, происходит то единение огромного количества людей... В этой связи более благодатную почву для спонсоров, для коммерциализации сыскать трудно. По¬этому корни конфликта, экономика конфликта именно в деньгах, которые можно предложить или продать». Продюсеры, сумевшие создать и сохранить фестивальные бренды, успешно справляются со всеми задачами своими силами и силами спонсоров, в списке которых наряду с традиционными «пивняками» все чаще значатся «компьютерщики», «сотовики» и «автомобилисты». Организаторы «Усадьбы», «Нашествия» и «Пикника» в один голос говорят, что на следующий год предполагают расширять спектр услуг, вкладываться в развитие инфраструктуры и, где это возможно, расширять площадку. Именно в качестве торговой марки Грушинский фестиваль стал предметом спора хозяйствующих субъектов, сколько бы с достоинством бедной швеи ни отстранялись поэты от звона презренного металла. Адвокаты и патентные поверенные от поэзии далеки.

Грушинка и Ильменка. Аналогии неуместны

Так считает председатель правления «Благотворительного фонда Олега Митяева» Елена Гришина. У Ильменского фестиваля авторской песни тоже есть история народного фестивального бренда. Есть и официально зарегистрированные торговые марки — «Ильменский фестиваль авторской песни» и «Ильмены», права на которые принадлежат фонду. Но раскола, подобного Грушинскому, ожидать не приходится, поскольку организаторы фестиваля и учредители фонда — по сути одни и те же люди. Можно возразить, что к концу рейса успевает поссориться любой экипаж, однако даже в случае гипотетического развала фонда все его материальные и нематериальные активы отходят к государству — администрация Миасса является совладельцем бренда. Но в начале пути существовала реальная угроза потерять ильменский бренд, по¬скольку тогдашний генеральный спонсор фестиваля (пиво «Золотой Урал») всерьез задумался о регистрации фестивального бренда под себя. Вопрос решился бесконфликтно: бренд при фонде, спонсор при фестивальной поляне, а фестиваль при своих зрителях. Что касается Грушинского фестиваля... Адвокаты и патентные поверенные бьются в судах, а бывшие единомышленники и друзья продолжают восхитительно уродливую полемику, расходуя запас той потрясающей душевной смеси, отпущенный юности, где остались волшебно сквернословящие девушки, хэмовские бородки, магнитофониздат, допустимое диссидентство и определение ценностей по системе Франкла, когда самое высокое место занимают ценности отношений.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter