Таможенный союз: возможности открытыАналитика

26 мая 2011, 13:31
Прямым следствием полноценного функционирования Таможенного союза для Южного Урала может стать экономический аншлюс Костанайской области Казахстана.

image_versii_11_95_01.jpgНаступающий 2010 г. станет для экономических субъектов Челябинской области годом новых грандиозных возможностей. И все благодаря событию, которое в региональных СМИ упоминается редко, да и то исключительно в контексте рабочих будней таможенного ведомства. Как выяснилось в процессе подготовки номера, его последствия всерьез не просчитывали ни региональное бизнес-сообщество, ни местный истеблишмент. А зря. Ведь уже с 1 января Россия, Белоруссия и Казахстан выходят на единую систему ограничений во внешней торговле, а уже к 1 июля должно завершиться формирование единой таможенной территории. После чего товарные потоки между тремя странами будут курсировать без малейших преград на некогда неприступных границах.

Эффект от создания общего рынка без изъятий и ограничений озвучил Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев: в первые 5 лет после снятия барьеров Таможенный союз даст входящим в него государствам дополнительный прирост ВВП в 15%, или в среднем по 3% в год. Экономисты с этой цифрой в большинстве своем соглашаются. Логично предположить, что экономические дивиденды так называемых приграничных территорий, чьи связи с открывающимися национальными рынками традиционно более тесные, будут существенно выше, чем в среднем по стране. А значит, Челябинской области нужно готовиться к получению дополнительной премии в 2011 – 2015 гг. под 20 – 25% ВРП, или 4 – 5% ежегодно. А экономическим субъектам Южного Урала соответственно верстать свои бизнес-планы с прицелом на то, чтобы этот дополнительный рост обеспечить. Ведь не каждый год настежь распахиваются двери в рынок размером в $135 млрд (ВВП Казахстана в 2008 г.), до которого к тому же шаг шагнуть.

Большая прогулка

Если почитать комментарии казахстанских экономистов на тему Таможенного союза, то их общее настроение можно охарактеризовать словом «уныние». Поскольку выгоды именно Казахстана не столь очевидны, в отличие от выгод России и Белоруссии. Дело в том, что основу экономики Казахстана составляют добыча и экспорт минерального сырья. И в этом плане соседка Россия кроме прямой конкуренции мало что может предложить. Что же касается обрабатывающих производств с высокой добавленной стоимостью, то их в Казахстане крайне мало. К тому же существующий запас прочности казахстанских производителей во многом зиждется на низких либо нулевых пошлинах на европейские и китайские комплектующие, машины и оборудование. Теперь же такой отдушины не будет. Казахстан в целях унификации вынужден был повысить таможенные пошлины по 5 тыс. позиций.

Казахстанские эксперты в один голос говорят о том, что Таможенный союз для их национального производителя — это такое же бедствие, как ВТО, с той лишь разницей, что во втором случае рынок наводнили бы товары из десятков разных стран, в первом — исключительно из России. Другими словами, в стане соседей царят капитулянтские настроения. И вовсе не беспочвенные. Ведь в той же Челябинской области, к примеру, пищевой или мебельный кластер закалился, развился и модернизировался в жесткой импортозамещающей борьбе и потому способен предложить казахстанскому рынку в высшей степени конкурентоспособный продукт. А это значит, что завоевание сопредельной территории для сильных производственных компаний не составит особого труда, во всяком случае на первых порах. При этом силу атаки со стороны не менее технологичных белорусов во многом будет сдерживать фактор высоких транспортных издержек.

Кластерный казус

С экономической точки зрения весь Северный Казахстан от Костаная на западе до Усть-Каменогорска на востоке — это вторая часть некогда единого в СССР Урало-Западносибирского «второго индустриального центра». Разрыв транспортных, промышленных, энергетических, кадровых и ресурсных цепочек после распада страны, с одной стороны, превратил ранее взаимодополняющие производства в прямых конкурентов, с другой — до сих пор отзывается фантомными болями по обе стороны границы: всюду наглядные примеры упущенных возможностей и деградации. Именно последнее обстоятельство на протяжении всех независимых лет объективно подталкивало к запуску интеграционных процессов разного масштаба по всему периметру российско-казахстанской границы. С началом функционирования Таможенного союза скорость восстановительного и качественно нового взаимопроникновения возрастет во многие разы. И выиграют от этого прежде всего те регионы, которые имеют четкую и осмысленную программу развития через глубокую интеграцию с соседями. Пока на этом поприще лидирует Омская область. Ее элиты уже несколько лет мыслят в категориях трансрегионального кластера Омск–Астана. Причем в двух измерениях. Первое — это международный мультимодальный транспортно-логистический кластер, предпосылки создания которого — близость Омской области к набирающей мощь столице Казахстана и кратчайший путь от погранперехода на китайской границе через Семипалатинск и Павлодар к Транссибу. Второй кластер Омск–Астана носит название промышленного или промышленно-экологического, и в основе его лежит тесная кооперация в нефтепереработке, агропроме и лесном хозяйстве. Увы и ах, найти что-то, хотя бы отдаленно похожее на концепцию трансрегионального кластера Челябинск–Костанай, в глубинах Интернета не удалось. Даже на уровне случайно оброненной фразы. Южноуральская экономическая мысль на сей счет безмолвствует. Хотя в реальности такой кластер, в отличие от омско-астанинского, активно функционирует. В промышленности это теснейший тандем ММК и Соколовско-Сарбайского ГОКа. Южноуральские переработчики не брезгуют костанайским мясом и зерном, не говоря уж о логистике: Челябинск и Костанай «висят» на одной нитке стратегического транспортного коридора Алматы–Астана–Екатеринбург, имеющего выходы на все основные казахстано-китайские погранпереходы. Однако без научной концептуализации и брендирования в качестве кластера или агломерата тесная связка Челябинской и Костанайской областей будет всегда уязвима в жесткой конкуренции территорий.

Завидный трофей

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы заметить очевидное: в случае снятия погранично-таможенной удавки Костанайская область Казахстана совершенно естественным образом будет едва ли не всецело интегрирована в экономическое пространство Южного Урала. Хотя бы в силу элементарных законов динамики. Регион с населением 0,9 млн человек и размером ВРП чуть выше $3 млрд, тесно примыкающий к сопоставимой территории с населением 3,6 млн человек и ВРП более $20 млрд, обречен на экономическое сближение со столь крупным объектом. Ситуацию усугубляет логистика: навскидку две трети населения Костанайской области и столько же экономической мощи региона сконцентрированы в трех городах — Костанае, Рудном и Лисаковске. И все они плотно прижаты к границе с Челябинской областью. А на юг, запад и восток от этого очага цивилизации — сотни километров слабонаселенной степной территории. Караганда с Астаной далеко, да и по своей экономической массе они в принципе не сравнимы с парой Челябинск–Екатеринбург, усиленной Магнитогорском. Так или иначе, но «переваривать» хотя бы северную часть Костанайской области и встраивать ее бизнес-единицы в собственные хозяйственные цепочки Челябинской области придется.

А переваривать есть что. В Костанайской области сосредоточено 92,6% запасов железных руд, 98,2% — бокситов, 81,2% — кобальта, 51,6% — никеля, 4,6% — титана, 3,1% — золота от общих балансовых запасов Республики Казахстан. На территории области разведано около 400 месторождений полезных ископаемых и минерального сырья, в том числе 68 — подземных вод, 22 — месторождения бокситов, 7 — золота, 2 — титана, 10 — угля, по одному — серебра, никеля и цинка. Костанайская область — это 40% всего производимого в Казахстане сухого молока, 25% кондитерских изделий из шоколада, 24% кожевенной продукции, 47% фетра и войлока из натуральной шерсти. Если же говорить о поголовье крупного рогатого скота, то в 2006 г. оно ощутимо превышало общее стадо Челябинской области: 516,6 тыс. против 484,6 тыс. голов (данные сельскохозяйственной переписи). По растениеводству лидерство соседей куда ощутимее: в 2009 г. в Костанайской области было собрано 5,4 млн т зерна, в Челябинской — 1,5 млн. При этом особенностью костанайского агропрома является высокая рентабельность сельскохозяйственного производства, по крайней мере, в сравнении с другими регионами Казахстана.

Пути интеграции

Розничная торговля Костанайской области, представленная в основном малым бизнесом, и до Таможенного союза активно инвестировала в оптовое и мелкооптовое звено Челябинской области, а также непосредственно в южноуральские предприятия-производители.

Со снятием преград это закупочное направление лишь усилится. Следующим логическим шагом должна стать активная экспансия южноуральской мелкой сетевой розницы «от производителя» в города Костанайской области.

Сложнее с сельским хозяйством. Ситуация в объ­единенном агропроме может пойти по курганскому сценарию, когда крупные южноуральские агрохолдинги начнут выкупать костанайские сельхозпредприятия. А может быть и абсолютно зеркальной: небедные североказахстанские аграрии вполне способны прикупить себе на территории Челябинской области достаточное количество перерабатывающих предприятий второго эшелона с отлаженной системой сбыта.

Наибольший же экономический эффект Челябинской области сулят транзитные перспективы — через ее территорию многократно усилившийся транзитный поток со всего Казахстана и Западного Китая пойдет в Свердловскую область, Пермский край и на Тюменский Север. Обратное направление тоже не будет пустовать. В этой связи имеет смысл поучаствовать, в том числе и финансово, в воплощении мечты костанайских властей — создании в областном центре транспортно-логистического центра. Наличие такой инфраструктурной единицы в «предбаннике» Челябинской области (пусть ее наличие и вступает в конкуренцию с некоторыми нашими бумажными проектами) добавит преимуществ погранпереходу Бугристое–Кайрак, что совсем немаловажно в свете транзитных амбиций Омской и Оренбургской областей.

Есть у грядущей активизации сотрудничества Челябинска и Костаная еще один уникальный ресурс — человеческий. С 1992 г. Костанайская область потеряла четверть своего населения, при этом значительная часть из 300 тыс. мигрантов осела именно на территории Южного Урала. Многие из этих вполне преуспевающих людей не утратили связей со своей бывшей родиной. В то же время весомая доля специалистов Костанайской области получила образование в южно-уральских вузах и также продолжает общение со своим студенческим кругом. Именно эти многочисленные человеческие связи могут стать активатором сотен, если не тысяч бизнес-решений в рамках единого экономического пространства Челябинской и Костанайской областей.

image_versii_11_95_02.jpgСтратегия повышения конкурентоспособности Кос­танай­ской области в рамках вступления Казахстана в число 50 конкурентоспособных стран мира.

«Основной целью Северной оси является связывание благоприятных для проживания и хозяйственной деятельности территорий сплошного освоения на севере и западе страны (так называемый «зерновой пояс») с развитыми торгово-экономическими и транспортными коммуникациями РФ, с основными выходами в европейское, ближневосточное и восточно-азиатское экономическое пространство и образование Североказахстанского трансевразийского торгово-экономического коридора.

Учитывая, что Костанайская область непосредственно граничит с тремя экономически развитыми регионами России: Курганской, Челябинской и Оренбургской областями, она должна позиционировать себя как один из основных коммуникационных центров между Казахстаном и Российской Федерацией».

Сюжеты: Власть и бизнес