Курс дела.
Деловой портал Южного Урала.


Посткризисный синдром 2131

Версия для печати

Несмотря на официально объявленное завершение кризиса в России и даже наметившийся в некоторых секторах экономики рост, В2В-сегмент приходит в себя после кризисной стагнации медленно — клиенты слишком напуганы.

postkrizis.jpgВ2В-сегмент всегда был лакмусовой бумажкой для реального состояния дел в тех отраслях, которые он обслуживал. Сколько бы ни говорили о росте экономики, предприятия и компании будут ограничивать себя в услугах профессионалов до тех пор, пока будут чувствовать неуверенность в своем будущем. Самое очевидное и банальное последствие кризисного года — замершее развитие компаний В2В-сегмента. Особенно сильно эта тенденция коснулась компаний, предоставляющих услуги. Впрочем, гораздо более интересно то, что изменился сам рынок: игрокам пришлось (и еще, видимо, придется) пересматривать ценообразование и принципы оплаты собственного труда, матрицу услуг и способы их продажи.

Какие проблемы стали очевидными за прошедший год?
Сколько еще продлится стагнация в В2В-сегменте и от чего будет зависеть возрождение рынка? Какие отрасли первыми восстановили спрос на В2В-услуги? На эти темы рассуждали эксперты «Курса дела»: Ирина Новикова, генеральный директор аудиторской компании «Афина», Вадим Кольниченко, директор типографии «2 комсомольца», Марина Пархоменко, руководитель департамента образования компании «Апрайт», Дмитрий Батраков, генеральный директор интернет-агентства Dextra, Олег Худяков, управляющий партнер АПК.

— Бюджеты на любые «улучшения» и «апгрейды» — обучение персонала, обновление оборудования и даже продвижение своих услуг — были нещадно урезаны во множестве компаний. Насколько сильным было падение спроса в вашем сегменте?

Вадим Кольниченко:

Kolnichenko2.jpg— В нынешний кризис большой разницы между сегментами, на мой взгляд, не было. Весь рынок услуг упал. Причем падение было практически аналогично сокращению бюджета области. Естественно, в каждом рыночном сегменте есть лидеры, компании-локомотивы, в которых сосредоточены основные бюджеты сегмента. И есть аутсайдеры, покинувшие рынок, причем это произошло уже весной. Что касается спроса, то в полиграфии выявились две группы клиентов. Те, кто сохранил рекламные бюджеты, стали заказывать больше представительской продукции, находили какие-то интересные решения. Вторая группа, которая занималась массовой рассылкой, снизила расходы, перейдя на более дешевые сорта бумаги. Еще одной кризисной тенденцией стал «потребительский экстремизм» — участились попытки выжать максимум скидок, несмотря на себестоимость заказов.

Ирина Новикова:

Novikova_3.jpg— Абсолютно согласна. Наша область, к сожалению, оказалась одной из самых пострадавших. Потеря статуса региона-донора и перевод его в разряд реципиентов — это говорит о многом. Тюмень, Сургут, Нижневартовск только этим летом ощутили некое подобие кризиса. У нас же удар пришелся по градообразующим предприятиям, и пустоты в их бюджетах тут же аукнулись на всех. Несмотря на то, что сейчас компании начинают прирастать в доходах, их руководители напуганы кризисом. Следовательно, ограничивают и спрос на услуги В2В-сегмента, хотя потребность в них есть. Конечно, часть отраслей сохранила более-менее устойчивое положение.

Думаю, не почувствовали особого спада предприятия алкогольной отрасли — производители и торговля. Для них кризис выразился лишь в переходе потребителей с товаров экстра-класса на более дешевую продукцию. Безусловно, прочно стояли на ногах представители пищевой отрасли, сохранил устойчивость сегмент ритуальных услуг и все, что связано с рождаемостью.

Но в целом падение было очень серьезным, и пока говорить о каком-то бурном восстановлении слишком рано. Единственное отражение какого-то роста — появление инвестиционных планов у компаний. Их еще не реализуют, но то, что планы появились, — это уже хорошо.

Марина Пархоменко:

— Действительно, стагнация на рынке была серьезная. В сфере бизнес-образования, например, некое оживление наметилось только этой осенью. Впрочем, оно может оказаться лишь сезонным ростом. Еще осенью 2008 г. многие клиенты говорили, что кризис они не ощущают, и планировали обучение. Но уже в январе–феврале 2009-го, несмотря на то, что бюджеты были выделены, руководители приняли решение не тратить эти деньги. Отчасти заморозка бюджетов была вызвана всеобщей волной сокращений: работодатели не видели смысла вкладываться в обучение сотрудников, с которыми, возможно, придется вскоре попрощаться.

Олег Худяков:

Hudyakov.jpg— А вот на услуги юридических фирм был всплеск спроса. Многие компании столкнулись с кредитными проблемами — у кого-то не было возможности рассчитаться, кому-то не возвращали долги. Очень большой поток обращений был со стороны автодилеров, которые оказались между двух огней: с одной стороны, резко свернулось потребительское кредитование и продажи упали, с другой стороны, автомобили у дилеров были также куплены в кредит, и банки требовали возврата долгов. Поэтому работы у юридических компаний было много.

batrakov2.jpgДмитрий Батраков:

— Прошлой осенью случались приостановки проектов, но это был небольшой процент от общего числа заказов. Если до кризиса в отрасли наблюдался рост, то сейчас он приостановился. Но сохранился стабильный спрос. Многие компании из-за кризиса отказались от традиционных форм продвижения и ушли в интернет-продвижение — более дешевый и проще контролируемый способ. Плюсом стало то, что в интернет-рекламу пошли инвестиционные деньги: свободные средства предприниматели стали вкладывать в создание порталов, интернет-магазинов. Другое дело, что изменяется форма оплаты нашей работы, пока, правда, на столичном рынке. Там некоторые агентства вообще не берут с заказчика деньги, пока не будет достигнут результат.

— С какими проблемами столкнулся В2В-сегмент?

Ирина Новикова:

— У компаний В2В-сегмента выросли собственные расходы. К примеру, для обеспечения аудиторской деятельности необходимо постоянно обновлять информационные базы. Однако компании-поставщики ежемесячно повышают их стоимость, и, несмотря на гибкий подход к их комплектации по принципу «необходимого и достаточного», расходы на эту статью бюджета уменьшить не удается. Также сложности возникали из-за политики банков, которые резко повысили стоимость РКО. Конечно, немало проблем появилось у всех предпринимателей вне зависимости от сегмента из-за кредитной политики банков. Сейчас малый бизнес находится в очень жестких условиях: при объявленных ставках по кредитам 15–16% эффективная ставка составляет 23–28%. И это еще в лучшем случае. Но любой предприниматель, владелец предприятия малого и среднего бизнеса, скажет, что ставка выше 20–21% аннулирует всю рентабельность его бизнеса.

Вадим Кольниченко:

— Действительно, статья расходов на банковское обслуживание выросла серьезно, в разы. Выбирать же между банком дешевым и банком дорогим, но надежным — сложно. В любом случае стараешься обезопасить свой бизнес. Мы вынуждены сейчас работать по предоплате и не выдаем заказ, пока клиент не рассчитается полностью. Я считаю это справедливым, поскольку себестоимость в нашей продукции составляет весомый процент. Кроме того, до 80% всех расходных материалов в полиграфии — это импорт. Что стало с ценами на него, понятно. Кстати, в полиграфии еще более пострадавший сегмент — это поставщики оборудования. Если раньше два гиганта — Heidelberg и Roland — были успешными конкурентами, то сейчас идет речь об их слиянии! Тем более нашими полиграфистами все оборудование в основном было поменяно в 2006–2008 гг., так что покупать новое не спешит, тем более сейчас, когда на него снизилась нагрузка и оно еще долго будет в хорошей рабочей форме. Поэтому в этом сегменте еще очень долго будет продолжаться кризис.

— Изменились ли запросы компаний-клиентов? Какие «кризисные» проблемы вам приходилось решать в своих компаниях?

Parhomenko.jpgМарина Пархоменко:

— Если раньше HR-директора планировали долгосрочное, комплексное бизнес-обучение, то сейчас компании нашего сегмента решают в основном точечные задачи, связанные с приобретением навыков и компетенций. К примеру, работодатель попадает в ситуацию, когда вынужден сокращать сотрудников. Ему требуется подготовка для того, чтобы компетентно высвободить работников, которых он не может содержать. В I полугодии отложено было большинство командообразующих тренингов, их сейчас заказывают в основном крупные предприятия с большим количеством сотрудников, сохранившие устойчивость. Стоимость услуг на нашем рынке упала процентов на 20 на нашем рынке, по¬явился гибкий, индивидуальный подход. Причем бюджеты на обучение сейчас находятся не под контролем HP-специалистов, а генеральных директоров, которые в кризис взяли управление финансовыми потоками в свои руки.

Ирина Новикова:

— Мы предложили новую услугу — кадровый аудит, которая была востребована как раз в моменты сокращений, но не могу сказать, чтобы на нее был взрывной спрос. Сейчас клиенты решают в основном оперативные задачи, причем часто в последний момент, практически забыв о профилактике. Действительно серьезной проблемой стал рост дебиторской задолженности. Приходилось выбирать между вероятным ростом задолженности клиента, но загрузкой своих сотрудников работой, либо простоем фирмы. Конечно, это сказалось на рентабельности.

Дмитрий Батраков:

— Наша отрасль, пожалуй, одна из самых зависимых от персонала. И сейчас у нас обострилась тенденция, когда хорошие специалисты либо уезжают работать в столицу, в Екатеринбург, где уровень оплаты их услуг выше, либо уходят на фриланс. Так что для нас популярная антикризисная мера — сокращение зарплаты сотрудников — была бы проигрышным решением. Возможно, поэтому внутри нашей фирмы и аналогичных компаний, которые сохранили своим сотрудникам уровень оплаты труда, кризис на персонале особо не отразился. Но я знаю случаи, когда в таких условиях работодатели сталкивались с тем, что сотрудники требовали повышения зарплаты: они не могли отойти от докризисного стереотипа, когда зарплаты росли постоянно, даже опережая темпы роста экономики и производительности конкретных сотрудников.

Олег Худяков:

— Вопросы трудовых отношений приходилось решать многим компаниям, и, к сожалению, работодатель у нас практически не защищен. Это серьезная проблема для бизнеса. Зачастую даже ворующего сотрудника крайне сложно привлечь к ответственности. Яркий пример — «Евросеть» и Чичваркин. У него же украли 2 млн, и ему же приходится теперь «бегать».

Марина Пархоменко:

— Кстати, от кризиса действительно ждали, что сотрудники начнут держаться за свои рабочие места, будут стремиться к максимальному выполнению своих обязанностей, станут более активными. Но, по статистике, желание работать хорошо еще больше упало, примерно на 35%.

— Какие сегменты бизнеса первыми начали выходить из кризиса и вновь станут активными клиентами В2В-компаний? И как, по-вашему: скоро ли удастся восстановить спрос?

Вадим Кольниченко:

— Из-за изменений маркетинговой политики банков лично мы получили несколько крупных заказчиков из этого сегмента. Сохранили и даже увеличивают объемы заказов компании с иностранным капиталом. Причем у них действительно взвешенный подход к выбору подрядчика: их интересует не возможность заплатить «три копейки», а сроки, качество, стабильность.

Дмитрий Батраков:

— В интернет-рекламе рост продолжится. И даже когда некоторые клиенты начнут возвращаться к привычным способам продвижения, например к печатной рекламе, это не повлияет существенно на наш сегмент. А вот конкуренция между игроками, безусловно, станет жестче.

Марина Пархоменко:

— С точки зрения обучающих компаний, телекоммуникационная отрасль — одна из самых устойчивых, заказчики из этой сферы сохранили объем заказов на обучение практически неизменным. Появился очень интересный тренд: например, строительные компании с иностранным капиталом стали обращаться за обучением руководства навыкам презентации. Но реального оживления раньше весны будущего года ждать не стоит. Несмотря на то, что у 60% компаний есть бюджеты, бизнес-образование к весне 2010 г. достигнет только 50% от докризисных объемов. Только когда у клиентов по¬явятся видение перспектив, понимание ситуации хотя бы на ближайший квартал, они начнут вкладывать деньги в наши услуги. В любом случае перестраиваться придется всем: так, как мы жили раньше, уже никто жить не будет.

Ирина Новикова:

— Пока я не вижу резкого подъема ни в одном сегменте. Единственное исключение — выигрышная ситуация у некоторых производителей: когда с рынка вылетели посреднические компании, они стали торговать напрямую с заказчиком. Конечно, все будет зависеть от экономики: будет устойчивый рост, будет стабилизация положения — значит предприниматели начнут более свободно распоряжаться бюджетами. Но кризисный шок еще долго будет влиять на В2В-рынок. И к прежнему уровню потребления бизнес-услуг компании будут возвращаться очень осторожно. 2010-й мы еще проживем в посткризисной обстановке, что будет в 2011 г. — пока неизвестно. С точки зрения макроэкономики, если страна останется сырьевым придатком, то вообще невозможно сказать, что будет.


Комментировать



  • Перезагрузить изображение
Обсуждаемое
  • Челябинская журналистика особенно активно развивается с начала прошлого века, и одной из самых интенсивных векторов ее развития остается Государственная телерадиокомпания «Южный Урал». Образованная в 1958 году, компания стала настоящей школой для теле- и радиоведущих. К сожалению, события последних лет разбросали ее учеников по стране. В честь 60-летия ГТРК «Южный Урал» мы решили выяснить, где сегодня реализуются звезды челябинского телевидения, и составить вольный список людей когда-то определяющих лицо канала, а сегодня упорхнувших из родного гнезда. 15
  • Обозначены новые границы рисков общения с налоговыми органами 4
  • На озере Увильды построят посёлок с домами в едином архитектурном стиле 1
  • Металлургическая столица Южного Урала планирует развивать конный спорт. 1